Лунный календарь
Идет расчет...
Поиск по сайту
Рекомендую



Статистика






ezoterics.com
Счетчик тИЦ и PR
Главная » Статьи » Роман

Глава 2. Смерть - это вечный сон.
Рассвет своими милыми беспощадными лучами ласкал мое лицо, унося остатки сна. Не люблю я вставать рано. Есть люди жаворонки, у них день начинается утром, а есть я, житель ночи. Мне необходимо спокойствие и присутствие тайны. Тьма дает мне заряд бодрости, тьма успокаивает своим безмолвием. А утро… Утро выпивает силы, утром просыпаются люди. Они торопятся куда-то, нервничают, ненавидят друг друга. Совсем плохо, когда они видят меня, тогда и начинают меня ненавидеть. Ощущение начинается с уровня живота, сдавливает, вызывает легкое ощущение рвоты. Если ненависть сильная, она поднимается выше, охватывает всю грудь. Хочется крикнуть:
 - Перестаньте, люди! Что я Вам сделал? Может, я не так одет? Но ведь и вы можете быть одеты «не так» для меня. Вас не устраивает моя легкая небритость или аромат моего одеколона? Но это же не повод для ненависти. Как вы можете?»
День начался как всегда плохо. Руки дрожали, позвоночник был сдавлен ощущением приближающейся смерти. Хуже всего, когда чувствуешь смерть, но не знаешь, откуда она придет. Твоя эта смерть или чужая? Страха нет, его уже давно нет. Сами подумайте, сколько можно бояться? Сначала страшно, да. Потом привыкаешь. Человек ко всему привыкает, даже к ощущению приближающейся смерти.
- Кофе и сигарета, мне нужно кофе! На алкоголь у меня непереносимость, да и пить с утра не в правилах хорошего тона.
Кофемашина сделала фыр, потом фыр-фыр-фыыр и стала наливать кофе. Руки трясутся как после пьянки, а кофе воспринимается как живительный глоток влаги с бодуна. Он медленно течет в чашку, а я считаю секунды, и жду. Жду, когда ароматный горячий напиток разольется по моему организму, и я стану ощущать биение пульса в своей голове, и ощущение смерти станет слабее. Ну, давай же, буржуйская адова машина! Мне нужно поскорее начать день  убийством своей печени.
- Фух, - сигаретный дым, кисловатый кофе с лимоном и никотин с кофеином стали разливаться по моим сосудам, - и что там про смерть думалось? Уже все хорошо. Теперь я готов сказать: «Здравствуй новый день! Готовься, Серафимов идет».
Черствый хлеб, унылый пустой холодильник и чувство голода прозрачно намекали мне, что пора идти за покупками. Как раз на прошлой неделе во дворе открыли небольшой магазинчик. Идея, что не придется тащиться через весь город в супермаркет, радовала своей приземленной привлекательностью.
Несколько моих соседей оживленно беседовали в очереди, чему-то ужасались и качали головой в знак отрицания услышанного.
- Так сколько их было? - спросила пожилая женщина с яркой косметикой на лице.
- Не знаю я. Одни говорят, что только парень, другие, что парень с девушкой, - ответила соседка, которая гуляет с мопсом и в курсе всего происходящего. 
- И что никто не выжил?
- Я видела только разбитый мотоцикл и скорую, - ответила хозяйка мопса.
«Мотоцикл, Игнат!» - пронеслось у меня в голове.
- Да не мотоцикл, а мотороллер. Ездят на них без прав, кто попало, наполняют хронику ДТП, - сказал сосед из дома напротив.
- Молодой человек, покупать что-то будете? - Обратилась ко мне продавщица. Оказывается, моя очередь давно подошла, и продавец решила возненавидеть меня за несколько секунд бездействия. По моим рукам пробежали мурашки, голодный живот как смог справился с ее ненавистью, и я заказал себе завтрак эзотерика.
- Свежий черный хлеб, головку сыра и пельмени. Ой, и кетчуп, пожалуйста, - не всегда пельмени бывают хорошего качества, и чтобы у них появился хоть какой-нибудь вкус, их, перед употреблением, следует обильно смочить кетчупом.
Магазинчик остался позади, а у меня из головы не выходил разговор соседей о недавно случившейся аварии. Оказывается, сегодня в пять утра парень на мотороллере врезался в ограду банка, располагающегося в пятидесяти метрах от моего дома. Наверное, его смерть я чувствовал с утра. Несчастные родители.
Завтрак был профессионально упакован в мой голодный организм, кетчуп почти не понадобился, пельмени оказались съедобными. Я стоял на балконе, пытаясь разглядеть детали утреннего происшествия. Как только сконцентрировался, тело стало остро реагировать. Начало сдавливать грудь и позвоночник, по рукам бежали мурашки и неестественный холод, что сильно отвлекало. Пока боролся с негативными реакциями своего организма, я почувствовал ощущение мертвого паренька. Как только я на него настроился, мое тело задрожало и отключилось.
С одной стороны, вроде ничего не поменялось. По-прежнему стоял на балконе и смотрел вниз с тринадцатого этажа. На месте аварии сидел грустный паренек. Именно его ощущение уловил недавно. Как только о нем подумал, тотчас оказался рядом. Он сидел печальный и потерянный. Смотрел в пол и не замечал происходящего.
- Эй, как тебя зовут? - Спросил я паренька. Но он не обратил на меня никакого внимания.
- Где ты живешь? - Попытался я продолжить разговор. Но паренек не отреагировал, потом поднял голову и исчез.
Я сосредоточился на его энергетическом оттиске, который был довольно свежим, потому хорошо различимым. Это как подпись человека, или его идентификатор. Я сам плохо понимаю, что это такое. Но когда какой-то человек обо мне думает, у меня возникает ощущение этого человека, его запах, образ, голос и т.д. Со временем научился находить этот энергетический оттиск и без того, чтобы кто-то обо мне думал.
Теперь мы с пареньком находились у него дома. Молчаливые родственники успокаивали рыдающую мать.
- Это ты виноват, ты купил ему эту штуковину! - Кричала мать мальчика и била его отца кулаками в грудь.
Паренек последовал ее примеру, и пару раз попытался ударить отца. Этому большому и сильному мужчине в клетчатой рубашке работяги, казалось, все нипочем. 
Мне так ясна, стала эта банальная ситуация, при которой сын упрашивает отца купить ему средство передвижения, пусть даже это будет китайский мотороллер. Денег он стоит не много, в Украине прав на управление этого транспортного средства не нужно. Все просто и главное доступно. Но сын не понимает, что отец еле сводит концы с концами, оплаты труда рабочего хватает только на самое необходимое. И ему приходиться работать больше, и, в конце концов, он, радостный, с сыном выбирает долгожданную мечту на двух колесах, восточное произведение штампа и прогресса. И в конце такой банальной ситуации, он оказывается виноват в гибели сына. Не китайский производитель, не беспечность матери, которая занимается воспитанием сына, не убогость государственного законодательства, а именно он виновен.
Мать мальчика на секунду остановила свои рыдания, ее слезы высохли. Она стала серьезной. Ее астральное тело начало раскручиваться с все увеличивающейся скоростью. Сначала оно легко билось об меня, как порыв ветра, только что поднявший листву и унесший ее в загадочном танце прочь. Со второго оборота астральное тело матери ударило в меня порывом урагана, который ломает деревья и переворачивает лодки на воде. В третий оборот оно превратилось в тропический торнадо, сносящий все вокруг.
- Чтоб ты сдох, убийца! - сказала мать мальчика спокойным голосом, наполненным горем, и вышла из комнаты.
В этот момент вся эта силища мощностью нескольких мегатонн ее ненависти ударила в сердце ее мужа. Он немного согнулся, казалось, слова его жены он почувствовал на уровне физических ощущений. 
Паренек стоял рядом и улыбался.
- Да как так можно! - Стал кричать я. - Он же не виновен. Прекратите! - но мои слова были слышны только мне.
«Неверное, потерял сознание и сильно ударился головой». - Подумал я, поднимаясь на ноги с деревянного пола своего балкона. В затылке заныло, а царапина на руке пекла болевым жаром.
«Отец мальчика!» - пронеслось у меня в голове. Нужно срочно звонить Игнату.

- Дружище, история конечно занятная, в твоем ключе. Но пойми меня правильно. Я теперь сам пару дней на чоппер свой не сяду. А заниматься поисками родителей погибшего в аварии мальчика, потому что у тебя есть подозрение, что отцу грозит опасность - это выше моих сил. Потом ты еще заставишь меня на похороны пойти, нет уж, уволь. 
- Игнат, а если я опять сознание потеряю? Разве тебя это не беспокоит?
- Меня это беспокоит, и я бы посоветовал тебе обратиться к врачу. Если люди ни с того ни с сего грохаются в обморок, значит, у них есть на то веские причины, и мне кажется, это не смерть незнакомых мальчиков, а физиологические факторы. Ты, наверное, как всегда кофе с сигареткой начал свой день?
- Знай, ты, как оно мне помогает, то не читал бы мне морали.
- Значит, мое предположение оказалось верным. Надеюсь, ты обладаешь информацией, что кофе повышает давление?
- И что?
- И то, что при повышенном давлении иногда человек может потерять сознание. Да что там сознание, может случиться чего покруче.
- Игнат, хватит меня запугивать. Давай собирайся уже.
- Ага, не нравиться на себя надевать опасности, а меня заставляешь. Эгоист!
- Обещаю, на похороны не поедем, поговорим с отцом мальчика и все.
- С чего же ты собираешься начать, мой эгоистичный друг?
- С городского морга, с чего же еще?
- Удачных тебе поисков, Владимир Серафимов, - сказал Игнат и повесил трубку.
Нет, конечно, я понимаю. Мне бы, наверное, тоже не захотелось ездить на машине, если бы кто-то рядом с моим домом попал в серьезную аварию. Но ведь езжу! Вот если бы пришлось видеть покойника, на месте автомобильной аварии, то тогда вряд ли сел за руль. Это точно. Страх Игната понятен, и главное он прав. На кой мне сдался незнакомый отец незнакомого мальчика. Следует обработать рану на руке и заняться более мирными делами.
Телефон заиграл приятную композицию Роберта Майлса "Children", только недавно поставил ее в качестве рингтона, и мне очень хотелось дослушать ее до конца, но человек на том конце провода мог неверно истолковать мое желание. Звонил Игнат.
- Володька, когда в морг соберешься, не пей кофе. Там сознание теряют и не такие впечатлительные люди, как ты. Сделай мне одолжение.
- Ты прав, дружище. Я решил не утомлять себя поисками незнакомого мне человека, которому якобы грозит опасность. 
- Вольдемар, ты это что, серьезно?
- Совершенно серьезно. Мне что, больше всех надо, что ли? Вон лучше книжку дома почитаю, а вечером можем по пиву ударить. Ты как?
- Пиво вечером - идея хорошая. Но меня поражает твоя беспечность по отношению к ситуации. Ты же единственный человек на земле, который может помочь несчастному. Представь, что его родственники таки доконают мужика, а ты случайно об этом узнаешь и всю жизнь себя, потом корить будешь. Разве не так?
- Погоди. Ты первый меня отговаривал, сказал, что тебе невообразимо страшно заниматься подобными вещами.
- Это мне-то страшно? Неприятно - да. Страшно - нет. Тем более что я тебе про кофе говорил, а не про то, что не стоит тратить твое драгоценное эзотерическое время на бесполезные поиски. Потому на меня свою вину не перекладывай. А чтобы уровнять наши шансы боязливости, предлагаю заниматься поисками на моем мотоцикле. Вдруг ты опять сознание потеряешь, будучи за рулем своего авто?
У Игната была одна замечательная черта, он всегда находил такую фразу, после которой сложно было что-то возразить. Вот как сейчас он уговорил меня не только приняться за поиски несчастного, так делать это еще на его мотоцикле, в котором весу триста пятьдесят килограмм и восемьдесят лошадиных сил. Не могу сказать, что боюсь мотоциклов, но ведь не после случившегося происшествия.
- Куда ехать? Где твой морг находится? - Спросил Игнат, надевая шлем.
- Можно подумать, ты не в курсе, где находится городской морг?
- Володька, если бы я был в курсе, зачем бы я спрашивал?
- Не морочь мне голову, всю жизнь живешь в километре от городского морга, и не знаешь, где он находится?
- Рядом с нами находится городской морг? - Игнат снял шлем и посмотрел на меня искренним взглядом виноватого ребенка.
- Ладно, у меня уже нет сил, продолжать эту бесполезную болтовню. Морг находится на улице с красивым названием Оранжерейная.
- Тю, так это совсем рядом, - сказал Игнат и завел мотоцикл. Дальше продолжать что-либо говорить было бесполезно, работающий двигатель чоппера перекричать очень трудно.
С улицы морг выглядел как забытая всеми советская столовая. Центральный вход был закрыт, войти можно было только со двора. 
- Иди, задавай свои вопросы, детектив Серафимов, - сказал Игнат и легко толкнул меня в спину, - только шлем оставь, чтобы тебя раньше времени тут не прописали.
- Погоди, подумать надо. Кто я, откуда? Почему меня интересует адрес покойника?
- Скажи, что ты сотрудник банка, чью оградку сломали. Хочешь родственникам счет предъявить, - предложил Игнат.
- Голова, Игнат Евгеньевич, так им и скажу.
- Эй, мужики есть закурить? - Обратился к нам здоровенный санитар в грязном синем халате.
Я  предложил человеку сигаретку и поджег зажигалку.
- Отличный аппарат, тоже себе чоппер хочу. А это кто? Сузуки Интрудер 1500. Нормально, наверное, с места рвет, да!? - Казалось, санитару нужна была не только сигарета, но еще и живое общение. Его можно понять, все-таки работа тихая.
- С места рвет, будь здоров! Нет машины, может за исключением Феррари или Ламборджини, которая смогла бы сделать его на светофоре. - Гордо сказал Игнат.
- Согласен, на этом монстре, если в стену, то уже всмятку, для нас работы не останется. А то привезли сегодня утром одного, с мопеда упал, или въехал куда-то, не знаю. Был бы на его дурной голове шлем - остался бы жив. Вот такая история, брат. Нет, точно возьму себе чоппер! Ладно, мужики, спасибо за сигаретку. Катайтесь осторожно, - сказал санитар и собрался уже уходить, но его остановил Игнат:
- Мужик, долг платежом красен! За сигаретку окажи нам услугу,  - с легкой неуверенностью в голосе сказал Игнат.
- Что, труп Вам вынести незарегистрированный или экскурсию сделать? - Решил пошутить санитар.
- Нет, нам нужен адрес того бедолаги, который с мопеда свалился, - сказал я.
- Задам Вам, ребятки, логичный вопрос, а зачем вам адрес? - Санитар резко стал серьезным. И, казалось, если у нас не будет достойной причины, он нас заломает и вызовет правоохранительные органы.
- Да, скорее всего, они мопед выкинут, я бы себе взял, в селе кататься. На чоппере не особо удобно за пивом ездить, много шума делает, да и детвора донимает своим «прокати».
- Логично, брат. В следующий раз буду иметь в виду, когда другого жмурика привезут, может, если с чоппера, так вообще здорово будет. Отличная идея, погодите минуту, я сейчас, - санитар, довольный, ушел внутрь заведения, в которое нам не особо хотелось заходить.
- В смысле, другого жмурика привезут, с чоппера? - Игнат заметно занервничал.
- Не бери в голову. У них юмор такой, черный. Сам посуди, работа специфическая. У него все люди потенциальные жмурики.
- Мне показалось, он серьезно это сказал, Володька. Что если привезут жмурика с чоппера, он себе попытается мотоцикл выклянчить. 
- Ты кстати, здорово придумал, мол, хотим мопед забрать. Я даже не знал, что сказать. - Не обращая внимания на последнюю фразу Игната, сказал я.
- Он что, не знает статистики? У скутеров 32% ДТП, у спортов 22%, у стритов 12%, и только потом идут чопперы - 11%. Притом, что смертность всего 7% от общего количества. Это значит, что общая смертность чопперов всего 0,77%.
- Игнат, угомонись. Дядя санитар пошутил.
- Нет, Володька. Что значит, он пошутил. Ты слышал - всего 0,77%.
- Даже не буду спрашивать, как ты это считал.
- Вот адрес, ул. Сырецкая, дом… - сказал довольный санитар. - Мужики, если получится, дайте мне знать, лады?
- Мужик, а ты знаешь, что процент…- Начал было Игнат разговор с санитаром.
- Конечно, дадим знать. Обязательно! Игнат, надевай шлем и поехали за скутером, а то его кто-то другой заберет, - решил я спасти санитара от Игната, или Игната от санитара.
- Нет, Володька, ведь всего 0,77%, это же совсем мало.
- Игнат, главное не попасть в эти 0,77%, а мало это или много - не важно. Давай двигать на улицу Сырецкую, - чоппер зарычал свое благородное дыж-дыж, а потом дыж-дыж-дыж и мы поехали.
Об улице Сырецкой даже рассказать нечего. Объездная улица внутри города, если пробка, какая или авария, водители, знакомые с городом, по ней очень часто объезжают любые дорожные неприятности. Неприметная улочка, где больше строительного мусора, чем достопримечательностей. Правда очень она крутая на поворотах, рай для человека, который хочет научиться ездить на мопеде.
Когда мы подъехали к дому мальчика, там уже стояла скорая помощь и кого-то на носилках укладывали внутрь. Рядом стояли соседи, и среди них я узнал родственников погибшего паренька.
- Наверное, опоздали мы с тобой Игнат. Вон родня мальчика стоит. Доконали они отца, - но как только я окончил фразу из подъезда старенькой хрущевки вышел отец мальчика. - Ой, нет, вон отец мальчика.
- М-да, здоровый мужик. Ну что, кто пойдет про мопед спрашивать ты или я? - Неожиданно для меня спросил Игнат.
- Ничего не понимаю. Видно же, что кого-то скорая помощь увозит. - Сказал я свои мысли вслух, слезая с чоппера Игната. - Что? Какой мопед? Игнат!
- Да расслабься, сейчас пойду и все узнаю. Меня, лысого, бабушки страсть как любят. Замолкают в знак уважения, в лифт пропускают без очереди.
- Можно подумать, я - сильно волосатый. - Проворчало мое самолюбие в ответ.
- У тебя череп не той формы, и взгляд детский. Так что, посиди тут, последи за мотоциклом, - мне не очень комфортно общаться с незнакомыми людьми, Игнат это знал, и потому решил меня поберечь от ненужных приступов эмпатии.
Скорая отъехала,  Игнат пошел выяснять детали у соседей, а я решил перекурить. Я, конечно, понимаю, что курить вредно. Но в странах постсоветского пространства пить и курить - два неотъемлемых качества, облегчающих общение двух индивидуумов, имеющих разные жизненные позиции и свой взгляд на происходящие события.
- У Вас не будет сигаретки? - Передо мной стоял отец погибшего мальчика, черты лица, правда, были другими, и рубашка в клеточку, но в утреннем видении рисунок рубахи был иным. Еле узнал его вблизи, так бывает. Издали вроде тот человек, а когда подходит - не тот. Без его энергетического оттиска, наверняка не узнал бы.
- Завязывай ты ездить на этой штуковине, - указал отец в клетчатой рубашке на чоппер Игната. - У меня сегодня сын погиб из-за подобной ерунды. Жизнь дороже.
- Это не мой мотоцикл, - сказал я сдавленным голосом.
- Да какая разница, твой  он или не твой? Меня Михаилом зовут, - сказал грустный большой работяга, только что потерявший сына, и протянул мне руку, чтобы я ее пожал в знак знакомства, присаживаясь рядом со мной на чоппер
- Владимир, очень приятно, - ответил я рукопожатием.
- Так сигареткой угостишь?
- Конечно, конечно, берите, - я протянул Михаилу пачку сигарет.
- Странная штука жизнь. Помню, как мы с сыном выбирали тот злополучный мопед. Он ему так понравился. Очень хорошего качества, хоть и китаец. Потом я учил его ездить по двору. У меня водительского стажа сорок два года, на разных машинах приходилось работать. В моем детстве у кого был мотоцикл, тот считался первым парнем в селе. Все девчонки твои. А тут такое. Вчера был сын, а сегодня его нет. Еще у соседки инсульт, давление повысилось, а на таблетки денег не хватало. Сколько раз ей говорил: Роза Марковна, Вам без таблеток никак нельзя. Ох, ходит смерть по дому, забирает всех, кто не крепко за жизнь держится.
- Здравствуйте, - мы с Михаилом и не заметили, как подошел Игнат.
- Добрый день. Спасибо Владимир за сигаретку, пойду я.
- Сходите, Михаил, в церковь, в такие моменты она сильно помогает, - сочувствующим голосом посоветовал я.
- Не верующий, - сказал Михаил и побрел к подъезду своего дома.
- Володька, я все узнал. Это соседка их чуть дуба не дала. Давление, как у тебя. Видать, день сегодня такой. Что там, кстати, по астрологии на сегодня, не смотрел?
- Нет, Игнат не смотрел. И что? Поговорил с отцом мальчика, и ничего не сделал. Ситуация не решена.
- Может, почувствовал чего?
- Горе отцовское почувствовал. Растерянность, подавленность, - я решил настроиться на энергетический оттиск Михаила. Руки тотчас задрожали, а позвоночник сдавило сильнее, чем утром. По этим своим симптомам я понял, что смерть недалеко от него ходит. Хотел, было что-то сказать, но ощущение сдавливания пошло вверх, сдавило грудь и горло. Мне стало тяжело дышать и перед глазами все поплыло.
- Э, э, Вольдемар, приходим в себя. Перестань меня пугать, - Игнат пару раз больно шлепнул меня по лицу.
- Все, все, Игнат, хватит меня мордовать!
- Ты чего это в обморок мне падать вздумал? Я тебе упаду. Все, едем отсюда.
- Да погоди. Дай отойти, что со мной произошло?
- Ничего, сначала затрясся и медленно так с чоппера вниз пополз. Как только тебе по морде зарядил, сразу тебя отпустило. Учуял что-то?
- Смерть Михаила и учуял.
- Предложения имеются? Куда ехать будем?
Через мгновение из подъезда выбежал Михаил, и рванул за угол дома. Мы с Игнатом ринулись за ним. Когда мы завернули, Михаил уже перебегал улицу, а на него на высокой скорости несся автомобиль советского производства, который, казалось, через несколько секунд его собьет. Время остановилось, у меня в висках забился пульс, и сильно заболела голова.


Когда я вышел из тела и осмотрелся, ситуация мне не понравилась. Рядом со мной висел асур Локи.
- Приветствую тебя, Сиккар. Я решил, что ты захочешь отсюда поглядеть на происходящее, - сказал Локи довольным голосом.
- Так это ты все утро мне тело будоражишь? До ночи не мог подождать?
- Да ты детали, детали посмотри. Потом уже будешь ворчать.
Астрал внешне выглядел ровным. Вот только место где ехала машина, угрожавшая Михаилу, была охвачена огромным астральным вихрем. Душа Михаила боролась с надвигающейся угрозой, одной рукой она вцепилась в физическое тело, а вторую выставила навстречу опасности.
- Со временем -  твои шутки? - спросил я Локи.
- Неа, Михаил твой шалит. Сейчас начнет реальность дергать.
- Ты с ним общался?
- Мне оно зачем? Это ты у нас вершитель судеб. Иди, общайся.
- Локи, если бы тебе было все равно, ты бы тело мое с утра не дергал. Как меня возвращать будем?
- Не боись, Сиккар Рирачиа. Тело твое ничего не заметит. Может, подумает, что где-то это уже было, и все.
- Ба, какие люди. Локи, ты какими судьбами тут? – Спросила душа Игната.
- О, второй Рирачиа подвалил. Приветствую тебя Чубебир.
- Чубебир, ты как здесь? Ладно, мое тело, тело эзотерика. Игнат вроде как приземленная субстанция.
- Но-но! Сиккар, давай без твоих наездов. Как ситуацию решать будем? - Спросила душа Игната.
- Я наблюдатель. вы у меня главные решатели, вот и решайте, - хитро заявил Локи.
- Надо с Михаилом поговорить, - сказал Чубебир
- Зачем это с телом разговаривать?
- Да не с телом. С душой Михаила, - сказала душа Игната. - Я отсюда не могу имя его понять. Год вроде Пурома, а вот день и месяц не вижу.
- Оно и понятно. Время то стоит, - уточнил асур.
В астрале что-то стало меняться.
- Начинается, друзья мои, - Локи как-то сразу оживился.
Душа Михаила, рожденная в год Пурома, развернула вихрь и запустила время. Когда машина доехала до него, вихрь успел собраться снова и врезался в тело Пурома. Астрал помялся, и на месте аварии появилась дыра, из которой сочился свет.
- Помер Пурома. Все, конец истории, - сказал Чубебир
- Нет, погоди, он так быстро не сдастся, - поправил душу Игната асур Локи.
Пурома вернул время назад к тому месту, где машина несется на его тело, призвал всех одностихийных духов, которые были в этот момент ничем не заняты рядом. И указал им мешать вихрю собраться снова, когда он запустит время.
- Боец ваш Пурома. - Съязвил Локи.
Пурома раскрутил вихрь и снова запустил время, машина рванулась прямо на него. Только вихрю захотелось собраться вновь, вмешались одностихийные духи, придерживая силу вихря, что ослабило его вдвое, но не скомпенсировало. Машина сбила тело Михаила, но уже не прямо, а с боку, что спасло его от смерти.
- Второй вариант лучше, - радостно сказал я.
- Ты считаешь, Сиккар, что инвалидность лучше смерти? Сомневаюсь, что Пурома остановится на этом, - возразил мне Чубебир
- Остановится, у него силы кончаются. Может еще разок попробует, и точно остановится, - вмешался в наш спор Локи.
- Может, мы все же вмешаемся? -  предложил Чубебир.
- Я - асур, мне нельзя, - ретировался Локи.
- Давай так. Ты собирай вторую толпу одностихийщиков, а я полезу внутрь вихря, - предложил я.
- Что-то подобное я и хотел предложить, - согласилась со мной душа Игната.
Когда время снова пошло, Чубебир направил часть второй партии одностихийщиков перед машиной, чтобы сбавить ее скорость. На действие духов реальность отреагировала разрывом канализации на дороге и выстрелом люка в дно автомобиля. Вторая часть одностихийных духов ожидала возвращения вихря. Я забрался внутрь машины, и, не обращая внимания на душу, которая там находилась, собрал всю свою карму, чтобы встретить надвигающуюся опасность. Когда вихрь снова попытался собраться, его встретил я, духи Чубебира и духи Пурома, чем мы снизили силу вихря почти до нуля. В реальности машину занесло, оторвало металлический бампер советского автопрома и ударило им тело Михаила. Астрал задрожал. Окружающие нас души были сильно недовольны происходящим. Вдалеке стала появляться огромная фигура посланника.
- Так, господа, мне тут не место, я пошел, - испуганно сказал Локи и унесся вдаль.
О посланниках я знал в тот момент не много. Обычно когда что-то сильно нарушало тело астрала, приходили посланники, которые стремились свести к минимуму появляющиеся цепочки вариантов. Оно и понятно, действия Чубебира сильно повлияло на реальность. Прорвавшую канализацию нужно будет кому-то чинить, а это связано с перекрытием дороги в реальности, даже боюсь посчитать, на какое количество судеб это повлияло. Опасность от посланников была в том, что на уменьшение цепочки вариантов они брали накопленную энергию у душ, которые находились рядом. Если же предположить, что у какой-то души не хватало накопленной положительной кармы, у нее появлялась дыра в энергетическом кошельке в качестве кармы отрицательной. Той кармы, которую необходимо было отработать в теперешнем воплощении. Обычно мелкими неприятностями или небольшими трудностями. В любом случае, посланники были существами неразумными и выполняли исключительно свою задачу, без сомнения и смущений.
Астрал завибрировал, посланник стал собирать с нескольких сотен душ, находившихся поблизости от аварии, их положительную карму. Если принять во внимание, что я и Пурома потратили весь свой энергетический запас на вихрь, посланник сделал нам приличный минус.

Вдруг канализационный люк ударил в дно автомобиля, машину закрутило, послышался визг тормозов. Левым задним колесом автомобиль попал в только что появившуюся канализационную яму, и машина встала как вкопанная. Но от такого сильного удара у нее оторвался передний бампер, который и сбил с ног Михаила. Мне казалось, все произошло как во сне. Появился эффект дежавю. Все действие длилось несколько секунд, но для меня оно растянулось на минуты. Неожиданно для себя я споткнулся о бетонную ступеньку, лежавшую на земле, брошенную какими-то горе - строителями. Тело мое перекрутилось, и я с огромной силой грохнулся на землю. Игнат, в тот момент, столкнулся с деревом, но особых травм не получил, вероятно, у него положительной кармы было больше, чем у меня.
Очнулся от запаха нашатырного спирта, который своей едкостью освежал ум и будоражил тело. Надо мной стоял санитар из скорой, приехавшей на место аварии.
- У нас тут двое пострадавших. Второго ступенька сбила с ног, - шутя, крикнул он куда-то назад, по направлению к машине скорой помощи.
- Серафимов, ну ты даешь. Такое пропустил. Может, хватит не сегодня обмороков? - обеспокоено спросил Игнат.
- Были и другие обмороки сегодня? - Спросил меня санитар.
- Нет. - Сказал я.
- Да, утром один был. Володька, доктор тебе поможет. Не волнуйся.
Не люблю докторов, но на этот раз Игнат был прав. Голова кружилась, в животе тошнило, явный признак сотрясения мозга.
- Я сейчас подойду, - сказал санитар и удалился.
- Михаил жив? - спросил я Игната.
- Да, вроде только челюсть сломал. В машине скорой лежит без сознания. Ну и день у мужика, утром сын погиб, днем сам чуть ласты не склеил. Потом говори, что смерть не объявляет жатву.
- Давай мы и тебя заберем, там тебе сделают компьютерную томографию мозга, вдруг сотрясение, - предложил только что подошедший санитар. 
- Езжай Володька, езжай.  Я за тобой следом поеду. На мотоцикл же его нельзя в таком состоянии?
- Конечно, нет. Вдруг в пути плохо станет. Сами до машины дойдете?
Заговор Игната с санитаром мне сильно не понравился, но делать было нечего. Сотрясение мозга могло сломать наши планы на вечер, а мне этого очень не хотелось. Узнать есть оно или нет без посещения больницы, к моему сожалению, невозможно.
После томографии меня положили в свободную палату ожидать результатов, если у меня сотрясение, - «лучше полежать полчасика, чем сидеть», - сказала мне доктор. Я не особо сопротивлялся и вскоре даже задремал, Игнат, в это время ждал меня внизу.

Астрал в больнице был сильно мятым, наполненным разными духами, одностихийными и многими другими. В дверях моей палаты стояла душа соседки Михаила Роза Марковна, ее я узнал по энергетическому оттиску, который засек во дворе.
- Плохо дело, Владимир. Плохо. Яшка опять Михаила тиранит. Сделал бы ты что-нибудь, - обратилась ко мне старушка. Я понял, что ее душа не особо ориентируется, где она находиться и воспринимает происходящее как сон. Я для нее, соответственно персонаж сна. Яшка, вероятно, погибший мальчик… 
- Хорошо, Роза Марковна, ведите к Михаилу, - ответил я душе, находившейся между двух реальностей. И мы сразу оказались у кровати Михаила. Рядом с ней стоял его погибший сын Яша.
- Ой, что это? - испуганным голосом спросила старушка.
В это мгновение вся комната залилась ярким светом. В тот момент я вспомнил свой первый яркий свет смерти, и события которые ему предшествовали.
Помню себя мальчиком лет десяти-двенадцати. Зачем-то мне нужно было пробираться сквозь колючие лесные заросли. И вот снова жесткая колючая ветка больно ударила меня по лицу, так что мне пришлось отвернуться и оступиться. Оступиться и полететь вниз с каменного утеса, по которому, журча и брызгаясь, бежал небольшой ручеек, вообразивший себя водопадом. Я стоял и смотрел на свое тело, мне было сложно понять, что со мной произошло, но четко знаю, что мне было страшно. Не помню, как добрался до дороги, по которой было тяжело бежать из-за колеи от телеги. Пойдет, было, дождь, а телеги, как полоумные, начинают ездить по дорогам, оставляя колеи, которые при каждом моем шаге пытаются поставить мне подножку. Но я бежал, бежал быстро, бежал странно, без одышки и потери сил. Вот уже вижу свой маленький деревянный дом с соломенной крышей, стоящий на краю села. Рядом поле и сгоревшее дерево, в которое на прошлой неделе угодила молния. Теперь же там сидят вороны. Эти вороны хуже собак, мало того, что каркают постоянно, так ведь еще летают над тобой, если спрятался и хочешь быть незамеченным. Вот и сейчас, я пробежал мимо дерева, один ворон взлетел, каркая, а за ним возмущенно поднялась в небо целая стая. И стали кружить над моим домом, как рукав черной рубахи, что сохнет на веревке после стирки, когда ее колышет ветер.
Дверь была открыта, и я знал, что где-то там находится моя мама, которой я хочу крикнуть: «Мама, я упал с утеса. Я видел свое тело, но мне не больно. Прости меня, я больше никогда, никогда не буду один бегать в лес».
Я забежал в дом через прихожую с большим порогом, об который часто спотыкался. На стене, как и прежде, висел серп, пустой мешок и колесо от телеги, научившей дороги ставить подножки. Моя мать занималась какими-то важными хозяйственными делами. Прямо с порога комнаты я крикнул: «Мама, мама я упал с утеса!», но она не обратила на меня никакого внимания. Ее руки были в муке, в печи что-то журчало и источало смешанные запахи готовящейся еды.
Я подошел ближе и сказал тише. В тот момент, мне показалось, что мама специально не слышит меня и хочет, чтобы я говорил тише. «Мам, я тут. Я упал с утеса». Но мама даже не повернула голову в мою сторону. И тут я заметил странный свет на деревянном полу. Он был очень ярким и приятным. Как свет солнца, он расходился лучами, освещая все вокруг. Я сделал шаг и слился с этой тишиной и спокойствием.

Роза Марковна так же, как и я, шагнула в свет и исчезла. Вместе с ней исчез и свет. В палате остались только я, Михаил и его сын Яша.
- Тебе нужно идти, Яков, - обратился я к мальчику.
- Это он виноват, что я умер, - сказал Яков и ударил своего отца кулаком в голову. Михаил застонал.
- Почему ты так злишься, если знаешь, что умер?
- Я хочу жить. Зачем он купил мне мопед? Мать права, это он виноват.
- Иди и живи. Найди себе другое тело, и начни свой путь сначала. Но не вини своего отца. Твоя мать ошибается.
- А куда денется это тело? Оно умрет?
- Яков, твое тело уже мертво. Ты бессмертная душа, которой сниться сон, что она мальчик Яшка.
- Значит это все не реально? Все сон?
- Нет, не реально только то, что ты мальчик Яша. Все остальное очень даже реально.
- И ты реален?
- Конечно.
- А куда я попаду, в ад? Я ведь ослушался отца.
- Ты не попадешь в ад, Яша. Ты пойдешь туда, куда захочешь.
- А что там, за пеленой света?
Передо мной замелькали воспоминания моего путешествия, которые я решил рассказать Яше.
- Сначала ты будешь лететь вверх, в облака, пока не достигнешь ворот Серого замка…

Как только я прошел сквозь свет, передо мной открылись небесные просторы, не могу понять даже сейчас, почему небо было грозовым, но от этого не менее красивым и захватывающим. Вокруг меня парили светящиеся фигуры, одни ближе, другие дальше. От их движений исходила радость и страсть. Казалось, что они получают огромное удовольствие от полета или играют в какую-то детскую игру, смысл которой сводился к тому, чтобы сделать более замысловатую фигуру в воздухе. Погруженный в созерцание этого великолепия, я не заметил, как подлетел к большому старинному замку, висевшему в воздухе. Я опустился на землю перед огромными, открытыми коваными воротами. 
Сам замок был высоким, вытянутым в сторону неба и стоял на светло серой земле. Это не мешало всей конструкции парить в небесах, окруженной летающими фигурами. На территории вокруг стен замка и кое-где внутри росла скудная растительность такого же безвкусного серого цвета, что и земля. Рядом с воротами  стояли две темные бесформенные фигуры, в их положении угадывалось их назначение. Стояли они как самые обычные охранники средних веков с алебардами, но почему-то к их алебардам были привязаны колокольчики.
Я прошел вглубь по еле заметной тропинке, которая вела к тринадцати ступенькам крыльца. Поднялся, обернулся еще раз посмотреть на всю эту иссиня-оранжевую красоту неба и на танцы странных светящихся фигур, в тот момент мне это показалось важным. Я знал, что мне следует пройти через дверь замка, но я не знал, где окажусь, попав внутрь.
С легкостью, открыв дверь, я попытался пройти по небольшой темной прихожей к другой двери, сквозь щели которой сочился свет. Но как бы я не старался сделать шаг, какая-то невидимая сила толкала меня обратно. После двух-трех тщетных попыток пройти куда-либо, я вопросительно обернулся в сторону охранников.
- Следует немного подождать, - сказал один из них, не поворачиваясь в мою сторону, позвякивая колокольчиком.
- Долго ждать? - спросил я ответившего мне охранника. Тот помялся на месте, посмотрел на меня, несколько секунд, подумал и ответил:
- Следует немного подождать.
Мне тогда показалось, что охранник меня неверно понял.
- вы не подскажете, который час? - я решил не бросать свою затею выяснить, сколько же мне придется ожидать. Ведь если меня не хотят видеть, я с удовольствием бы ушел.
- Немного… подождать, - сказал второй охранник, глядя на первого.
- Немного - это сколько? Час, пятнадцать минут. Сколько?
Охранники заметно засуетились, от чего их колокольчики стали звякать чаще.
- Следует подождать, пока не откроется вторая дверь, - довольный собой, сказал первый охранник.
- Где я нахожусь? Это какое-то волшебное место, где все парит в воздухе? - решил я прервать бесполезный разговор о времени, который заметно нервировал охрану.
- Ты возле врат, - без эмоций сказал первый охранник. Казалось, к этому вопросу он был готов.
- А где эти врата находятся, на востоке или на западе? 
Второй охранник не выдержал моего допроса, подошел ко мне и сказал:
- В какую сторону ты шел, в той стороне ты и находишься, - совершенно логичный, но самый бесполезный ответ, который я от кого-нибудь слышал.
- Скажите, как Вас зовут? - мне хотелось быть вежливым, ведь охранники тоже заслуживают вежливости.
После этого вопроса ко мне подошел и первый охранник, разглядывая меня снизу доверху, сказал:
- Ты прошел сквозь врата, тебе нужно подождать, пока откроется вторая дверь, и ты продолжишь путь, который начал.
- Скажите, от кого вы охраняете этот замок, у Вас есть враги? - В тот момент я подумал, что разговор об их работе немного их расслабит, и они перестанут так нервничать. 
- Мы не охраняем, мы храним. Мы хранители врат. У нас нет врагов, - сказал первый охранник.
- Странно, если у Вас нет врагов, чего хранить. вы всех пропускаете?
- Всех, - сказал второй охранник и нагнулся, чтобы лучше рассмотреть моё лице.
- Тогда вы здесь не нужны, - сказал я, и почему-то сразу же об этом пожалел.
- И что нам теперь делать? - спросил второй хранитель врат. Меня его вопрос почти поставил в тупик.
- Теперь вы можете идти куда хотите, к своим семьям, например, или заниматься тем, что Вам интересно.
Охранники переглянулись и пошли прочь от серого замка, ворот и меня, задающего так много вопросов. Теперь я остался один, но почему-то идти мне никуда не хотелось, и я решил «немножко» подождать пока откроется вторая дверь. Ведь это может быть важно.

- Мне тоже стоит прогнать охранников замка? - спросил меня Яша.
- Нет. Не повторяй моих ошибок. Пусть все находиться на своих местах. Охранники должны быть, там, где они были.
- Но если ты их прогнал, как они могут быть там?
- На их место придут другие охранники. Смерть каждого человека уникальна. У каждой души свой серый замок и свои хранители врат. Твои хранители врат находятся там, где им положено.
- А мой замок тоже будет серым? - спросил Яша.
- Необязательно, твой замок может быть прекрасным небесным замком. И врата твои могут быть похожи на врата рая, описанные в библии.
- Как же так? Для каждой души свой замок?
- Нет, Яша. Место, куда попадают души после смерти, общее для всех. Но каждая душа видит свой сон смерти, и потому у каждой свои образы. У меня был образ Серого Замка.
- А что было, когда ты вошел в Серый замок? - Спросил Яша
...
Категория: Роман | Добавил: Kamail (11.10.2012)
Просмотров: 1111 | Рейтинг: 5.0/1